Смерть на Ниле [= Убийство на пароходе 'Карнак'] - Агата Кристи

– Не понимаю, из чего вы это заключили, – возразил Фантора.

Вы сами нам только что сказали, – ответил Пуаро, – пистолетнаходился под банкеткой, и его не было видно. Поэтому вряд ли его нашли тамслучайно. Кто-то, точно знавший, где он, подобрал его. Отсюда ясно, что оннаблюдал за происходящим. Фантора упрямо повторил:

– Я никого не видел на палубе, когда выходил из салона, аэто было как раз перед тем, как раздался выстрел.

– Да, но вы вышли из двери на кормовую сторону.

– Да, с этой стороны находится моя каюта.

– Таким образом, если бы кто-нибудь смотрел сквозь стекло сдругой стороны, вы бы его не увидели?

– Нет, – согласился Фантора.

– Кто-нибудь, кроме слуги-негра, слышал выстрел?

– Насколько я знаю, нет. Фантора снова заговорил:

– Видите ли, все окна были закрыты. Мисс Ван Скул ер еще вначале вечера пожаловалась на сквозняк. Поэтому вряд ли выстрел мог кто-нибудьуслышать, а если бы и услышал, то принял бы за звук открываемой бутылки.

– Насколько мне известно, – сказал Рэйс, – никто не слышалвторого выстрела – выстрела, который убил мадам Дойль.

– Об этом мы узнаем из дальнейшего допроса, – сказал Пуаро.

– А пока нас все еще занимает мадемуазель де Бельфорт. Намследует послушать мадемуазель Бауэрс. Но прежде, чем вы уйдете, – он жестомзадержал Корнелию и Фантора, – сообщите мне некоторые сведения о себе. Тогданам не понадобится беспокоить вас вторично.

Сначала вы, мсье – ваше полное имя?

– Джеймс Ликдэйл Фантора.

– Адрес?

– Гладмор Хауз, Маркет Доннингтон, Нортхэмпшир.

– Ваша профессия?

– Я юрист.

– Что привело вас в эту страну.

Наступило молчание. Впервые за все время невозмутимый мистерФактора смутился. Наконец, он сказал, вернее, пробормотал:

– Э-э… развлечение.

– Ага! – сказал Пуаро.

– Вы проводите здесь каникулы, не так ли?

– Э-э… да.

– Прекрасно, мсье Фантора. Изложите мне вкратце, что выделали и где были прошлой ночью, с того момента, на котором мы остановились.

– Я тотчас же лег спать.

– Во сколько?

– В половине первого ночи.

– Номер вашей каюты 22 по правой стороне судна, это перваякаюта от салона?

– Да.

– Я задам вам еще один вопрос. Вы не слышали какого-нибудьзвука после того, как вошли в свою каюту.

Фантора задумался.

– Я очень быстро заснул. Но мне кажется, прежде чем уснуть,я слышал нечто вроде всплеска. Больше ничего.

Вы слышали звук, похожий на всплеск? Близко?

– Честно говоря, не знаю. Я уже почти спал.

– Когда это было?

– Около часу, должно быть. Точно сказать не могу

– Благодарю вас, мсье Фантора. Вы свободны.

Пуаро обратился к Корнелии.

– Итак, мадемуазель Робсон, ваше полное имя?

– Корнелия Рут. Мой адрес Ред Хауз, Беллфилд, Коннектикут.

– Что привело вас в Египет?

– Кузина Мэри, мисс Ван Скулер, взяла меня с собой в этопутешествие.

– Встречали ли вы прежде мадам Дойль?

– Нет, никогда.

– Что делали вы прошлой ночью?

– После того, как я помогла доктору Бесснеру, я сразу легласпать.

– Номер вашей каюты?

– 43 со стороны кормы, моя каюта рядом с каютой мисс деБельфорт.

– Вы что-нибудь слышали?

Корнелия покачала головой.

– Нет, я ничего не слышала.

– Никакого всплеска?

– Нет Но я и не могла, потому что моя каюта находится состороны, обращенной к берегу.

– Благодарю вас, мадемуазель Робсон, – сказал Пуаро.

Фантора и Корнелия вышли.

– По-моему, все ясно, – сказал Рэйс.

– Навряд ли трое не связанных между собой свидетелей станутлгать. Жаклина де Бельфорт не могла вернуться за пистолетом. Но кто-то подобралего и кто-то слышал всю сцену в салоне. И кто-то написал на стене букву «Ж».

В дверь постучали, и вошла мисс Бауэрс. Она села, сдержаннаяи деловитая, как всегда. По просьбе Пуаро она назвала свое имя, адрес ипрофессию, добавив:

– Я нахожусь при мисс Ван Скулер уже более двух лет.

– Мадемуазель Ван Скулер серьезно больна.

Нет, я бы этого не сказала, – ответила мисс Бауэрс, она ужедалеко не молода и беспокоится о своем здоровье, поэтому хочет, чтобы при нейпостоянно находилась медицинская сестра. У нее нет ничего серьезного. Просто ейнравится, когда ее окружают вниманием, и она готова за это платить.

Пуаро понимающе кивнул.

– Прошлой ночью, – заговорил он, – мадемуазель Робсонпозвала вас, я правильно понял?

– Разумеется, правильно.

– Пожалуйста, расскажите нам подробно, как это произошло.

– Мисс Робсон объяснила мне, что произошло, и я пошла с ней.Мисс де Бельфорт находилась в крайне возбужденном состоянии, близком кистерике.

– Не произносила ли она каких-нибудь угроз против мадамДойль?

– Нет. Ничего похожего. Она была глубоко недовольна собой ибез конца упрекала себя. Она приняла большую дозу алкоголя и страдала отпоследствий. Мне казалось, ее не следует оставлять одну. Я ввела ей морфий иосталась около нее.

– Теперь, мадемуазель Бауэрс, ответьте мне: выходила лимадемуазель де Бельфорт из своей каюты в эту ночь?

– Нет, не выходила.

– А вы?

– Я оставалась при ней до утра.

– И вы в этом совершенно уверены?

– Совершенно.